- Кто тебе сказал? - спросил Геннадий Азарович и зацепился носком кроссовки за край выбоины в асфальте.

- Мама тете Вале говорила. Да и сам я так думаю.

- А что значит - непредприимчивый?

- Ну... - замялся Ромка. - Значит, денег не можешь заработать. Поэтому мы так бедно и живем: ни машины, ни хорошей квартиры, ни даже компьютера. Из всех моих друзей только у нас нет компьютера. А там игры сейчас - знаешь, какие классные?

- Мама у нас с тобой очень хорошая, но иногда она бывает не права. Я и на кооперативную квартиру деньги в свое время заработал, и кандидатом наук без чьей-либо помощи стал, - начал зачем-то оправдываться Безменов, потом перебил сам себя:

- Будет у нас с тобой компьютер, будет! И квартира будет, только не сразу. Вот защищу докторскую...

На самом деле удерживала его в институте не диссертация, уже почти написанная еще полгода назад. Доплачивают за степень теперь совсем гроши, не стоит и копья ломать. Но в институте у Геннадия Азаровича была возможность проводить расчеты на одном из трех закрепленных за отделом компьютеров. А в соседней лаборатории все еще работала -·во многом стараниями опять-таки Безменова - уникальная установка для напыления сверхтонких пленок. И последние полтора года Геннадий Азарович занимался не столько докторской, сколько расчетами и отработкой технологии нанесения различных пленок на всевозможные прозрачные материалы. Но не объяснять же все это Ромке? А тем более Фаине. С недавних пор она явно чувствовала себя обделенной жизнью, красавицей, опрометчиво вышедшей замуж за неудачника. Блестящий молодой ученый, на которого она возлагала большие надежды, перестал быть и блестящим, и молодым, вот-вот перестанет быть и ученым, а материальные, такие приятные на вкус и на ощупь блага в семье так и не появились.